Во второй половине XIX века в селе Рождествене жил старичок по имени Еремей, который еще помнил интересные подробности основания села, строительства церкви и биографии ее строителя, рассказанные его отцом. Вот что он рассказывал одному из своих современников: «Я не помню, когда церковь нашу строили, и барина-то Стратона должно Иваныча не видал. Вот когда француз господ сюда согнал это на моей памяти». Дедушка Еремей имел в виду, то, что, спасаясь от наполеоновской армии, в 1812 году в село прибыли на проживание около восьмидесяти господских семейств. А одна из дворянок, А. И. Серебрякова, из-за бедности и неимения родственников после 1812 года жила в Рождествене до самой своей смерти в 1875 году. «А отец мой глину и песок сам возил из лесу для церкви, следуем далее рассказу старичка. Любил покойник вспоминать про старые времена. Прежде, рассказывал он, жили мы в Рязанской губернии, в деревне Бардуках припеваючи, никто ни в чем не нуждался, всем бы так жить! Да не судил Господь жить там, верно, чем-то прогневали Его. Приехал в Москву к нашему барину Стратону Иванычу однодворец Логачев, попросил его похлопотать насчет какого-то дельца и обещал ему за это клочок земли десятин в тридцать. Земля барину пришлась с руки: он метил в ефремовские воеводы, а она от Ефремова всего в 28 верстах. Помог насчет дельца Логачеву, получил с него землю и определился в воеводы. А как стал воеводою, прислал указ в Бардуки, чтобы пять дворов Шейкины, Логановы, Гришины, Пугачевы да Шишкины (представители этих фамилий жили в Рождествене вплоть до начала XX века примечание игумена Герасима) переселялись под Ефремов. Приуныли старики, а делать нечего, переселились. Начал Стратон Иваныч утешать нас: «Чего носы-то, говорит, повесили? Вот, смотрите, как будем землю завоевывать, а жить-то в Рождественском будет лучше, чем в Бардуках». Привез землемера, да и давай землю по-своему размеривать: навел стрелябию, половина земли от юдинских прочь. Те просить было на него, однако дело уладилось: земля за барином осталась. А солодиловских созвал, попоил винцом, да и говорит: «Дай, ребята, землицы мне на лапоть; век не забуду вас, всегда заступником буду». И согласились мужички: «Что ж, бери, батюшка». «Ну, так отмеривайте на лапоть», проговорил барин, подводя их к углу своей земли. Отмерили. Барин опять за стрелябию, стрельнула она напрямик и отхватила барину треугольник десятин в двести. Десятин пятьсот еще купил за дешевку, а потом стал населять землю. Пригнал из Николаевки да Богословского дворов тринадцать, поселил их в десяти верстах от нас и назвал Сахаровкою, потом прибавил к ним еще три двора. Из Николаевского же поселил народ в двенадцати верстах от Рождествена и назвал поселение Колодезями, потому что сколько ни рыли землю, ни одного колодезя не вырыли. Красное населил из Богословского. Барин расселял всех по краям своей земли, чтобы удобнее ее было обрабатывать. Покупал иногда землю и вместе с крестьянами, да мало: около нас купил Дурновку да часть Тубейки. Пожили в Рождествене немного, свыклись точно тут и родились. Парням только плоховато было: девок в нашей вотчине мало было, венчаться не на ком, а без бабы мужику что за житье! Барин и тут помог, велел воровать девок из соседних деревень. И воровали. Бывало ночью украдут, ночью по приказу барина и перевенчают. Попы слушались, потому что он хорошо награждал их, и боялись его. Беда, если ослушается какой поп, умел расправиться с ним, приедет отец невесты утром, покричит, да и тем дело кончится. А венчались и Богу молиться ходили в Солодилово, своей церкви не было. И теперь, быть может, не было бы ее. Но в Солодилове-то была плохенькая, деревянная, того и гляди развалится. Барин наш созвал солодиловских крестьян, да говорит: «Давай, ребята, новую церковь строить, каменную. Собирай, у кого сколько силы, а я вам помогу». Подумали ребята и решили: барин-де богатый и без нас выстроит нам церковь, послали старичков к барину сказать, что мы не в силах строить новую церковь и в этой можно еще молиться; а если она тебе не по нраву, строй новую, препятствовать не будем. Рассердился на них барин, однако отпустил. После такого отказа барин захотел построить свою церковь, только не в Солодилове, а у себя в Рождествене, лучше, мол, для своих мужичков построить, да и самому лучше будет, ведь церковь под боком и поп вот он. Поехал к архиерею. Благословил его владыка, да еще похвалил. Пошло дело на лад. Нанял мастеров, и начинать бы постройку, да песку близко не было. Загрустил барин, а Бог-то послал ему милость. На самый на Митрий Ростовский была страшная буря (в каком году не припомню, а батюшка покойник сказывал). Ударила молния да прямо в дуб на той стороне реки, против теперешней церкви. А дуб-то был здоровый, вековой, теперь таких нет. Вырвало его с корнем, на дне появился песок, да такой хороший. Место это с тех пор прозвано Песками. Обрадовался барин и стал строить придельную церковь Митрию Ростовскому, потому что по молитвам этого святого Бог указал барину песок. Как построили ее, собрал попов и освятил. А там начали глину и песок возить на кирпичи, чтоб Скорбящую выстроить
На правом берегу реки Красивой Мечи в тридцати верстах от Богородицка и от Ефремова в селе Рождествено возвышаются остатки каменной церкви в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость».
В рубриках СКОРБЯЩЕНСКАЯ ЦЕРКОВЬ В СЕЛЕ РОЖДЕСТВЕНЕ
By redaktor ⋅ июля 22, 2012 ⋅ Оставить комментарий
СКОРБЯЩЕНСКАЯ ЦЕРКОВЬ В СЕЛЕ РОЖДЕСТВЕНО
Подписаться на RSS
СКОРБЯЩЕНСКАЯ ЦЕРКОВЬ В СЕЛЕ РОЖДЕСТВЕНО | Время и люди
